Леонардо: искусство замечать

Леонардо: искусство замечать

Леонардо родился в 1452 году близ Винчи в Тоскане. Его отец занимался юридической практикой; художественное обучение сына связано с Флоренцией и мастерской Андреа дель Верроккьо. Эта мастерская принимала разные заказы: живопись соседствовала со скульптурой и декоративной работой по металлу. К 1472 году Леонардо состоял во флорентийском объединении художников, связанном со святым Лукой. Эти опорные сведения очерчивают начало профессионального пути, не заполняя неизвестное подробными сценами детства. [2]

Мастерская важна в биографии потому, что искусство здесь нельзя свести к мгновению вдохновения. Изображение возникает в материале и должно выдержать требования заказа. Нужно выбрать размер, подготовить поверхность, соотнести части композиции, добиться нужного действия света и цвета. Скульптура добавляет вопросы массы и пространства; работа с металлом заставляет учитывать свойства вещества. Перечень занятий мастерской не доказывает, что ученик исполнял каждую операцию, но показывает широту профессиональной среды.

Позднейшие записи Леонардо раскрывают его собственное требование к художнику: недостаточно хорошо изображать один привычный предмет. В рассуждении об универсальности он перечисляет фигуры людей, животных, деревья, реки, горы, здания и разнообразные человеческие действия. Все они могут оказаться частью картины, следовательно, все требуют внимания. Речь идёт не о коллекции почётных специальностей, а о пределах живописной задачи. Художник не выбирает мир заново для каждой своей привычки; он учится передавать разнообразие мира. [1, № 500]

Это требование помогает понять, почему путь от живописи к наблюдению природы не был для Леонардо странным отступлением. Если в изображении есть человек, нужно разобраться в движении. Если есть пейзаж, важны расстояние, воздух, растительность. Если сцена освещена, приходится отличать собственный цвет предмета от того, каким он выглядит при данном свете. Одна задача открывает следующую. Впрочем, связь интересов не означает, что любое исследование Леонардо было только подготовкой к очередной картине: содержание его заметок шире.

В другом фрагменте он предостерегает от однообразия фигур. Можно освоить пропорции и всё равно создавать людей, похожих друг на друга как братья. Наблюдение должно замечать различия телосложения и характера движения, а не подставлять одну выученную формулу. Здесь проявляется напряжение, которое будет сопровождать исследователя: общее правило полезно, но оно не должно стирать особенности конкретного предмета. [1, № 503]

Для читателя это различие можно сделать видимым без специальных материалов. Представьте два стула: один с прямой спинкой, другой с наклонной. Название у них общее, но положение ножек, распределение опор и силуэт различаются. Если рисовать только понятие «стул», легко потерять именно эти особенности. Если видеть только отдельные линии, трудно понять целое. Умение наблюдать строится в переходе между общим названием и конкретным устройством.

Ни школьное образование, ни обучение в мастерской не дают готового объяснения всей дальнейшей жизни. Биография не является уравнением, в котором несколько ранних обстоятельств неизбежно производят великое открытие. Однако флорентийский этап позволяет увидеть прочную отправную точку: Леонардо входил в мир искусства через профессиональную практику, где замысел должен был получить форму. Позднее он будет спорить о достоинстве живописи и ценности опыта, но этот спор сохранит связь с работой глаза и руки.